Сегодня не так уж часто встретишь настоящую дрессировку лошади на свободе… Тем более удивидельно, когда ее демонстрирует шестнадцатилетняя девочка, которая выполняет элементы традиционной испанской выездки дома вакеро, сидя верхом на «голом» коне. Кензи Дизли, героиня нашего рассказа, живет в Андалусии.

журнал «КОННЫЙ МИР» 05.2008
Гисела Pay
Перевод Елены Дмитриевой
Фото Лотара Ленца

Гости гасиенды «Буэна Суэрте» бывают немало удивлены, когда звон тарелок во время ужина вдруг перекрывается отчетливым перестуком копыт. Распахивается большая дверь, в столовую врывается прохладный сквозняк, и в дверном проеме появляется голова вороной лошади без недоуздка или уздечки. Еще шаг по небольшой ступеньке - и вот они стоят посередине дома - Кензи и ее мерин Джеймс; приветственно кивнув окружающим, она выезжает через другую дверь. «Иногда она выделывает такое шутки ради, для развлечения гостей», - смеется мать девушки, Магда Дизли. Почти двадцать лет назад она вместе с мужем, Жан-Клодом Дизли, переехала в Андалусию, к подножию Сьерра Гразалема. «Гасиенда удачи» - так переводится название «Буэна Суэрте» - сначала была организована как хозяйство по разведению кватерхорсов, занимавшееся также подготовкой лошадей и всадников. Сегодня Магда Дизли и ее команда предлагают отдыхающим не только верховые прогулки по красивейшим окрестностям, но и проводят уроки езды вестерн, а также родственного ему стиля езды - испанской дома вакеро. Кензи выросла здесь, в Испании; она посещает испанскую школу в соседнем поселке и по-испански говорит так же хорошо, как по-немецки. Кензи - совершенно нормальная шестнадцатилетняя девочка, ее интересует музыка, мода, у нее есть друзья - а также лошади.
Кстати, при поездке мимо барной стойки Джеймс выглядит совершенно спокойным и смотрит так осмысленно как будто ходить по столовой - для лошади самое обычное дело. Впрочем, он такой всегда когда с ним работает Кензи: они - команда, они знают друг друга и доверяют друг другу Для них естественно, что Джеймс следует за девушкой без уздечки или недоуздка по двору, на котором находятся другие лошади, переходит с ней через дорогу к соседним полям. «Вперед, Джеймс», - и легкого прикосновения к подбородку лошади вполне достаточно, чтобы вороной следовал за девочкой, как большая собака.
Лошадь у фонарного столба
Кензи и Джеймс встретились при необычных обстоятельствах. Магда Дизли отправилась покупать лошадей для гасиенды и взяла дочь, которой тогда было девять лет, с собой. На ферме у коннозаводчика взрослые завели профессиональный разговор, и в этот момент Кензи вдруг дернула мать за рукав и сказала: «Мама, посмотри, там черный жеребец!» Магда обернулась и в самом деле увидела черного жеребца, привязанного к фонарному столбу у обочины. Явление это для Андалусии совершенно обыденное: так привязывают во время остановки рабочих лошадей - но оставить посреди деревни, на краю дороги с оживленным движением, жеребца... Магда Дизли заинтересовалась.
Она, собственно, не хотела никакого жеребца и уже собиралась купить кобылу, выезженную под дома вакеро, но вороной так здорово смотрелся и Кензи так уговаривала, что Магда решила: пусть и его покажут.
Вороной, как выяснилось, был англо-испано-арабом, или, как говорят в Испании, «тре сангре» (дословно «три крови»). Такие помеси на юге Испании предпочитаются для дома вакеро - стиля езды, развившегося из ежедневной работы по пастьбе крупного рогатого скота и превратившегося сегодня в отдельную конноспортивную дисциплину, которая продолжает совершенствоваться.
Кензи не давала матери покоя, пока та наконец не купила эту лошадь. Вороной стоил недорого- простая рабочая лошадь, ничего особенного. С тех пор Кензи и Джеймс - так его окрестила девочка - стали неразлучными. Жеребец стал мерином, но от первоначальной идеи использовать его под прокат быстро пришлось отказаться. «Очень скоро стало ясно, что эта лошадь принадлежит Кензи и больше никому, - рассказывает Магда Дизли. - Она даже делает ему каждый год ко дню рождения морковный торт». Однако Кензи не ограничивается помощью в кормлении, чистке и отбивке денников; она всадник высокого уровня, причем ездит и в седле вестерн, и в седле вакеро. Молодежи свойственно не бояться трудностей и действовать без раздумий, вместо того чтобы, подобно взрослым, долго размышлять над проблемой...
И снова дома вакеро
Езда дома вакеро предъявляет очень высокие требования: остановки на галопе и затем снова подъем в галоп, пируэты, вольты, принимания на галопе, менки ног, например особенно мудреная менка из контргалопа в контргалоп. Лошадь и всадник должны быть одинаково подвижны во всех направлениях, быстро реагировать и, прежде всего, работать гармонично, чтобы иметь возможность сладить с агрессивным испанским скотом. Расхождения во мнениях между лошадью и всадником могут быть опасны для жизни: у коров острые рога и хорошая реакция.
Вообще дома вакеро - предшественник стиля вестерн, особенно рейнинга, который был модифицирован американцами применительно к их потребностям. Однако родство между обоими стилями все еще отчетливо заметно. На гасиенде «Буэно Сэрте» практикуется и изучается и то и другое: езда в стиле вестерн, высший класс которой демонстрирует отец Кензи Жан-Клод Дюсли, и ее испанский прототип, дома вакеро. Понятно, что Кензи стала ездить в стиле вестерн на своих четвертьмильных лошадях и попробовала себя с Джеймсом в дома вакеро - раз он был испанской лошадью.
В этом деле она достигла таких успехов, что скоро стала ездить без седла, а в один прекрасный день сняла с коня и уздечку - и поехала как ни в чем не бывало. «Так гораздо приятнее», - объясняет Кензи свою любовь к экспериментам. Она исполняет всю программу дома вакеро - включая боковые движения и менку ног на галопе - с одним только ремешком вокруг шеи лошади. За ездой с недоверчивым удивлением наблюдает один из гостей-конников: он уже долгое время посещает занятия Магды Дизли, пытаясь постичь тайны сгибаний и сбора, и знает, как это непросто - не говоря уж о менке ног на галопе! И все это с улыбкой исполняет шестнадцатилетняя девочка - и исполняет без седла и уздечки. Вот так может выглядеть верховая езда.

Отец Кензи, Жан-Клод Дизли, по происхождению швейцарец; он считается одним из пионеров стиля вестерн в Европе. Служил в швейцарской кавалерии, заинтересовался другими стилями верховой езды и привез первого кватерхорса из США в Европу - тогда это было целое приключение. Стал весьма успешным тренером по вестерну, готовил лошадей к соревнованиям, однако позднее дистанцировался от спорта, так как не принимал применяющихся в нем методов использования лошади «на износ». Своим ученикам Дизли преподает старокалифорнийские принципы выездки вестерн: в ней он после своего переселения в Андалусию нашел много общего с испанской дома вакеро. Вообще он придерживается мнения, что действительно правильная выездка в своих принципах мало отличается в разных стилях езды. На выставке Pferd International в мае 2007 года Дизли менялся лошадьми с Изабель Верт, и в английском выездковом седле у него получалось не хуже, чем в ковбойском, а госпожа Верт была поражена тонкостью выездки его жеребца-кватерхорса.

Невидимая нить
Верховая езда, однако, не единственное занятие Кензи и Джеймса. Так же охотно они «играют» друг с другом во время занятий дрессировкой на свободе То чем они занимаются, действительно не назовешь иначе как игрой - во всяком случае, слово «дрессировка» происходящему не совсем соответствует. Кензи дает Джеймсу команды идти вперед, в сторону, обратно, останавливаться на расстоянии - как на дистанционном управлении; по едва заметному сигналу Джеймс подходит к ней, ложится и встает по команде и при этом, судя по всему, получает большое удовольствие. И с такой же легкостью они могут играть в эти «игры» не только в «бочке», но и на открытом пространстве, где Джеймса не удерживало бы никакое ограждение. На негромкий зов девушки примчался маленький метис терьера; он охотно позволяет поднять себя и посадить на лошадь. Спокойные прикосновения, взгляды и слова - вот все, при помощи чего Кензи управляет своими животными. Где она всему этому научилась? «Многое показал мне мой отец. И я много наблюдала, - пожимает плечами девушка. - Смотрела на видео и все такое прочее. А потом просто решила попробовать».
Кензи могла строить свою работу на солидном фундаменте, так как на родительской гасиенде «Буэно Суэрте» она с детства научилась обращаться с лошадьми - общаться, работать с ними на земле, а не только ездить верхом, научилась обращать внимание на их настроение, замечать все изменения, понимать, чем они «дышат» - и все это она делала здесь каждый день как само собой разумеющееся. То, что девушка, похоже, имеет какую-то совершенно особую связь с животными, доказывают многочисленные дворняжки, которые обступают ее, едва она появляется где-нибудь. "Она чувствует особую тягу к животным, - объясняет ее мать Магда. - И животные тоже. Я уверена, что любовь к лошадям у нее - не только временное увлечение». В обращении с людьми, по крайней мере с чужими, Кензи выглядит сдержанной и скромной. В разговоре она, однако, не тушуется; она любезна, открыта и готова к общению.
Свежий ветер в среде андалузских конников
Конный мир Андалусии погружен и собственные, старые традиции. Здесь в снаряжении, манере езды, способе содержания лошадей придерживаются правил, существующих уже на протяжении столетий. Это, конечно, замечательно, так как только таким образом неповторимая конная культура смогла сохраниться в наше время, когда ее практическая основа - конная пастьба скота - уже утратила свое значение. Однако есть и отрицательная сторона этой особенности: для тех, кто живет па юге Испании, другие стили езды и конные культуры, другие подходы к работе с лошадью и вообще взгляды па отношения лошади и всадника как бы не существуют. Даже седло дли вестерна – это что-то неслыханно экзотическое. Лошадей держат из-за престижа, для разведения, для участия в соревнованиях по дома вакеро или для конного туризма, но едва ли кто-то станет держать лошадь просто «ради удовольствия», чтобы кататься верхом. Если встретите здесь такого, по местным понятиям, «чудака» - то, скорее всего, он окажется эмигрировавшим в Испанию немцем, швейцарцем или англичанином. Точно так же здесь не принято брать собаку в дом: для нее есть двор, там ее работа.

Образ жизни Кензи Дизли противоречит традиционному принципу «животное должно приносить пользу». Ее с Джеймсом первое крупное выступление состоялось в сентябре 2007 на ферии в близлежащем городке Вильямартин. Андалузские ферии можно сравнить с немецкими храмовыми праздниками. Раз в год здесь проводится большое народное торжество: несколько дней все едят, пьют, танцуют прямо под открытым небом на специально оборудованных площадках. При этом в празднике обязательно присутствует конный парад: всадники и ярко украшенные экипажи шествуют через весь поселок - и все это только с целью «себя показать и на других посмотреть». При этом верхом едут почти исключительно мужчины; женщины в седле - большая редкость. Часто одновременно устраивают выставки-экспертизы жеребят, шоу племенных лошадей, соревнования по дома вакоро и почти всегда - конную или пешую корриду.
В Вильямартине Кензи выступила в вечернем шоу, в котором обычно участвуют конные тореро и демонстрируют искусство выездки. Она показала дрессировку на свободе - одетая в индейский костюм, выехала на арену без седла и уздечки, с одним только веревочным кольцом на шее лошади, которая скакала галопом, останавливалась, ложилась, опускалась на запястья. Они достойно прошли это боевое крещение: публика бушевала и аплодировала стоя! Эти люди просто никогда не видели ничего подобного! Ведь в Андалусии с лошадями работают, а не играют. То, что девочка без каких-то вспомогательных средств укладывает лошадь, заставляет по команде подниматься на дыбы, ездит на ней верхом без уздечки - и все это при полном контроле над ситуацией, несмотря на суматошную обстановку праздника - выглядело совершенно невероятным. «Я так гордилась Джеймсом, - рассказывает Кензи, и глаза ее при этом влажнеют. - Все это волнение, прожекторы, толпа людей... Я боялась, что он не станет ложиться. Но он вел себя просто замечательно». Но в 2008 году их ждет еще одно волнующе событие - им с Джеймсом предстоит впервые выступить на SICAB, самой большой ярмарке и племенной выставке андалузских лошадей в стране.
Планы на будущее? Первым делом окончить школу - и тогда она хотела бы заниматься на гасиенде, объяснять клиентам принципы работы на свободе и другие вопросы общения с лошадьми. Уже сейчас она при случае показывает любознательным посетителям, как она обучает Джеймса, как и что при этом происходит. «Нужно привлекать лошадь движениями своего собственного тела, тогда она также будет свободно следовать за тобой, - объясняет она особенности работы на земле. – Приглашай его к действию и не смотри при этом прямо на него, смотри туда, где вы хотите оказаться оба. И сама поворачивайся в этом направлении, показывая таким образом направление». Она идет сбоку, показывает, помогает, дает пробовать самому. И дело начинает ладиться: у ученицы тоже получается «дистанционное управление лошадью».
Что ж, будем с нетерпением ждать, чем еще удивит конный мир второе поколение Дизли.